Текст: Анна Миленкова для журнала Mercedes
Фото: Дом моды ChAPURIN COUTURE
Снаружи это металлический ангар, холодный и неприступный. Внутри - плавящийся от софитов воздух, жужжание тысячной аудитории, вспышки светских хроникеров, лес телевизионных штативов, Moet&Chandon Brut в хрустальных бокалах с гравировкой. Зал полон именитых гостей, в первом ряду - редкие меха, бриллианты, золоченые босоножки при "минус пятнадцать" на улице. Широкий подиум длиной в несколько сот метров просматривается от и до, сегодня это авеню изысканного стиля, утонченных одежд и смелых идей. 40 минут ожидания, 20 минут ожившей сказки и… в окружении моделей, которые ненамного выше его, перед восхищенной публикой появляется автор волшебства - Игорь Чапурин, признанный дизайнер и креативный директор Дома моды Chapurin Couture.
Стиль Чапурина узнаваем. Это лаконичный, выдержанный, эмоционально насыщенный дизайн, удлиненные силуэты, чёткие цвета. Для Игоря характерно удивительно органичное смешение элементов прошлого и требований современности. Каждая коллекция - это новая история красоты.
- Что Вас вдохновило на создание коллекции весна-лето 2005?
Каждый раз идеи для новой коллекции прет-а-порте, вся команда Дома черпает внутри своих жизненных ситуаций, общения друг с другом или с внешним миром, Мы путешествуем, улавливая некие флюиды, которые затем собираем в особый "гербарий", спрессовываем и рождаем эмоцию, которая увлекает нас на данный момент. Коллекция наступившего сезона была навеяна моими парижскими впечатлениями. Одним из прототипов современной девушки, для которой мы создавали коллекцию, была Джейн Биркин, что-то мы постарались взять у Бриджит Бардо. Обе они любили Сержа Гинзбура, были околдованы его харизмой и несут этот заряд до сих пор. Образы летней коллекции были навеяны особой французской брутальностью, в то же время удивительной женской красотой. Характеры очень доверительные, любящие и щедро дарящие свои чувства. Я думаю, у нас получилось наполнить каждую вещь эмоциональностью, которая витала в то время. Коллекция современна, она не копирует ретро-стиль, но в то же время в моделях присутствуют актуализированные хиты, "выхваченные из контекста" героинь. Образ сезона - богемная девушка, наблюдающая жизнь, и в то же время лидирующая в ней.
- Схожи ли героини Вашего творчества с теми, кто примеряет их на себя, покупая одежду с лейблом Chapurin?
У них есть много общего. Если говорить о героине, для которой мы работаем, то её идеология не слишком меняется от показа к показу. Это сильная успешная личность, которая многого добилась сама. Она гордо и спокойно шествует по жизни, зная, что хочет и как это делается. Наши клиенты - это, как правило, молодые успешные женщины, работающие и идущие по жизни самостоятельно. Им 20-35 лет, это люди с определенным образованием, опытом, преимуществом в знании.
 |
|
- Известно, что при создании коллекций Вы часто используете инновационные технологии: сложная фигурная аппликация стриженым мехом, лазерная перфорация… Насколько велика, на Ваш взгляд, роль высоких технологий в современной жизни?
С наступлением нового века с модой произошла очень интересная ситуация. В 60-х годах прошлого века многие фантазировали о том, как будут одеваться в XXI столетии, рисуя образы металлизированных комбинезонов, минималистичных, лаконичных и высокотехнологичных. Тогда же под лозунгом радикальных перемен активно разрабатывались синтетические материалы и другие малоприятные для тела текстуры, но сам же человек не позволил произойти этому. Уже в начале 90-х люди отказывались носить ненатуральные ткани, потому что это безумно неудобно и некомфортно, и конструкторы в содружестве с технологами вынуждены придумывать такие объемы-пропорции, чтобы человек выглядел красиво, и в то же время чувствовал себя вольготно. Тема космических костюмов из нейлона, безусловно, потерпела фиаско, но наука всё-таки сказала своё слово. Мы вошли в XXI век с тем же гардеробом, но каждый год весь мир индустрии моды технологически обновляется за счет применения тех инноваций и разработок, о которых раньше мы не могли и мечтать.
В нашей летней коллекции джинсовые ткани включают в свой состав мохер, ангору и кашемир, что раньше было неприемлемо, непонятно, и неосуществимо. Коллекции haute couture и прет-а-порте используют ткани, созданные и обработанные с помощью лазера - эта новая эмоция, рожденная современной наукой, во многом изменила направление мысли дизайнера. Но только этим влияние технологий не ограничивается. Если рассматривать вещи изнутри, также можно увидеть результаты высокотехнологичных процессов, которые каждый год обновляются: от клеевых материалов до технологий декора. Изнанка современной одежды в последнее время выглядит как начинка дорогого автомобиля - над ней работают целые институты, большие научные группы. И в этом есть прогресс, победа новых технологий, аромат нового века, нового времени, которого мы все ожидали.
- Технологии и дальше будут "дружить" с дизайном?
Этот процесс уже невозможно остановить. Я застал время, когда слово "ЭВМ" было странно звучащим сочетанием букв и всё это было очень непонятно, неясно, кого-то пугало, кого-то воодушевляло. Но посмотрите, как компьютеры преобразили этот мир! Сложно представить, будто можно остановиться и удовлетвориться тем, что уже создано. Посмотрите, что происходит с мобильными телефонами - уже созданы аппараты-навигаторы и идентификаторы, которые будут обеспечивать проход в метро. И я уверен, это только начало. С одеждой будет происходить то же самое: будут меняться подходы, оборудование, продукт будет интеллектуализироваться - как визуально, так и внутренне. Жить в эпоху перемен очень интересно.
 |
|
- Но ведь существует некая "преемственность" в дизайне и производстве одежды?
Безусловно, но в модной индустрии новизна относительна. К примеру, в новой коллекции haute couture я впервые использовал старейшую классическую ткань "дюшес". Этой ткани сотни лет и она поразительна. Видимо, я так влюбился в неё, что продажи моделей из этой ткани перекрывают все остальные - пальто, жакеты, юбки из дюшеса. Мы открыли для себя еще одну ткань удивительных качеств - натуральный хлопок с металлической нитью. Созданные из нее вещи после того, как они готовы, как бы начинают жить своей второй жизнью - мнутся, приобретают другие силуэты. Эти вещи совершенно другой чувственности, они удивительны, и это ткани, при изготовлении которых используются как раз технологии XXI века.
Я не только интересуюсь новыми разработками, но и отслеживаю реакцию на них наших клиентов. Уитни Хьюстон, которая выступала в Москве в одежде нашего Дома, выбрала четыре платья haute couture - как раз те вещи, при создании которых использовались новейшие технологии. Представьте, тонкая шерсть, инкрустированная фольгой, которая была вырезана лазером. Когда ткань вызывает поток новых эмоций - это замечательно. Шер купила двусторонний меховой жакет, где норка была даже вблизи похожа на вельвет. Новые способы стрижки, новые способы обработки, новые способы окрашивания - это как раз тот момент, который способен заинтересовать человека. И если ты не будешь влюбляться, ты не будешь делать эту красоту.
Пинк выбирает себе вещи в наших новых коллекциях по интернету и мы, единожды сняв мерки, изготавливаем отправляем ей в Лондон наши модели… Она тоже ищет новую эмоциональность в новых тканях. Я наблюдаю за этими людьми и понимаю, что не должен отставать от них. Я не должен быть монополистом своих пристрастий. Поэтому каждые полгода на знаменитейшей выставке premiere vision в Париже, где выставлены самые знаменитые компании, самые знаменитые ткани, я чувствую себя ребёнком. Каждый сезон я заново открываю мир.
Игоря Чапурина можно с полным правом назвать "русским Армани". Они очень похожи, от внешнего облика до позиционирования в бизнес-мире. Игорь так же сдержан в проявлении эмоций, так же осторожно формулирует, так же скромно одет в черный трикотаж и джинсы. И так же строит свою империю стиля, с каждым годом всё дальше распространяя её экспансию, открывая новые горизонты для своего дизайна. Помимо pret-a-porter и haute couture со всеми сопутствующими линиями аксессуаров в активе Игоря - ювелирная коллекция, коллекция мебели и текстиля для дома Chapurin Casa и большие планы на будущее.
- Какими принципами Вы руководствовались, разрабатывая коллекцию для дома?
Интерьеры более универсальны, нежели одежда. Линия мебели создавалась как продолжение общения с нашими героинями-клиентами - многие из них имеют семьи и живут в замечательных домах. Chapurin Casa столь же эмоциональна, как наши творения в плане fashion-дизайна, но мы также хотели вложить в неё некий фактор стабильности. Линия мебели столь же чувственна и столь же тонка по характеристике материалов, используемых в ней. Это редкие ценные породы дерева, лучшие материалы и высочайшее, безупречное качество исполнения (производство и сборка осуществляется во Флоренции). Подход аналогичен созданию одежды, поэтому это опять же продолжение разговора с нашей героиней о современной жизни и о визуализации самого себя в пространстве и в обществе здесь и сейчас.
- Если следовать хронологии: одежда для женщин, более унивесальная (и унисексуальная) коллекция для дома… Будет ли коллекция мужской одежды?
На данный момент мы - Дом моды Chapurin - позиционируем себя как компания, разрабатывающая дизайн женской одежды. Но уже около года мы очень аккуратно, но планомерно развиваем линию изготовления мужских костюмов, которые шьются практически вручную. Это те самые старые добрые технологии и классические каноны , когда костюмы сидят безупречно и внешний вид их безукоризненен. Это костюмы, где используются самые лучшие в мире ткани. У них удивительно правильные составы натуральных волокон, дающие столь же сложные характеристики, как и у тканей класса haute couture. Это наше первое заявление в мужской моде, оно пока немножко аскетично, но очень-очень вдумчиво.
- Но мы вправе ожидать большего?
Мужскую линию мы развиваем в том же смысле и драматизации, что и женскую, - это товар класса "люкс". Появление дополнительной мужской линии прет-а-порте - это будет уже ответ следующей позиции. Я думаю, мы реализуем её в ближайшие пять лет. Для моды это не слишком много.
- То есть пока с мужчинами вы работаете на заказ?
Да, мы делаем персональные костюмы, в них вкладывается сила именно для этого человека. Это настоящий мужской haute couture, где сохранены лучшие технологии ручного изготовления мужских костюмов, дающие возможность ткани дышать, видеть все её потрясающие визуальные качества, которые были заложены производителями текстиля.
- А кто заказчики?
Часто это бывают мужья наших постоянных клиенток, которые покупают, например, haute couture, в сопровождении и при участии своей "второй половины". В большей степени это молодые амбициозные бизнесмены, которые понимают, что от их внешнего вида зависит правильное позиционирование себя в рабочем пространстве.
- На сегодняшний день в Москве существует несколько ателье при бутиках известнейших мировых брэндов. В то же время часть заказчиков предпочитают Вашу марку, почему?
Я думаю, причиной служит Качество, которое они начинают культивировать в себе, а также и то качество, которое предлагаем мы. В мире не так много компаний, которые готовы тратить столько времени и сил на производство одного костюма. Это процесс очень длительный и кропотливый. Наши костюмы шьются в Москве, примеряются зачастую 2-3 раза и идеально сажаются на фигуру. Только технология пошива занимает полмесяца, а со всеми примерками - месяц.
- Говорят, вы одеваете первую леди нашего государства.
Я могу сказать, что в её гардеробе есть наши вещи, и это будет правда, не более того.
- Говоря о новых технологиях, Вы сравнили костюм с дорогим автомобилем. Хотелось бы развить эту тему. Мы знаем, что уже есть Mercedes-Benz CLK от Джорджио Армани, существует MiniCooper работы Жанфранко Ферре. Будет ли автомобиль от Чапурина?
Я бы с удовольствием поучаствовал в создании некого нового объекта, потому что это безусловно интересно. То, что наша компания сейчас активно работает в сфере промышленного дизайна, дает нам по крайней мере право мечтать об этом. И если когда-то я задумывался о мебели и эта мечта осуществилась в столь удачном контексте - это замечательно, важно уметь мечтать. То, что автомобиль может быть индивидуален и подход такого рода возможен, становится ясно практически всем. Я не удивлюсь, если машин, созданных fashion-дизайнерами со временем будет появляться все больше и больше. Это тот момент индивидуализации продукта, который очень ценится, очень важен, и крайне интересен.
- Любимый вопрос журнала "Mercedes": спроецируйте образ Mercedes-Benz в область fashion-дизайна.
Я знаю, что этот автомобиль с одинаковым удовольствием водят и мужчины, и женщины. Их объединяет… обувь. Мужчина "мерседеса" - это человек в великолепной обуви. Он может носить джинсы с тонким свитером, костюм или трикотажную футболку с мягкими льняными брюками, но его обувь неизменно остается безупречной. Это тот момент внутреннего качества, категории уважения себя в пространстве, которое у мужчин скорее всего ассоциируется с "мерседесом". Девушки - то же самое. Они могут быть в тончайших платьях или в джинсах и трикотаже, но в очень хорошей обуви. Когда нога появляется из машины - это первый визуальный контакт со зрителем, с обществом.
Для меня как для дизайнера, не занимающегося обувью, она определяет некие эстетические понятия человека. Современная одежда в большей степени демократизирует внешность. Среди наших клиентов есть потрясающие люди, которые покупают платья haute couture, вечерние наряды, и приезжают за нимив голубых джинсах и кашемировых водолазках. Но при этом обувь определяет их позицию качества, и ты всегда понимаешь, что за человек перед тобой. Я знаю людей, которые уже давно одеваются очень демократично и нейтрально. Они уже очень многого добились, внешний облик для них давно перестал быть доказательством состоятельности, но они продолжают покупать обувь на заказ, нося джинсы и футболки.
 |
|
- Водите ли вы автомобиль?
К сожалению, последние три года - нет, я езжу с водителем. Хотя когда-то, я очень часто и с большим удовольствием водил машину. У меня даже был опыт участия с друзьями во французской гонке "Мастер-Ралли 2002", аналогичной пробегу "Париж-Даккар". За 10 дней мы на Mercedes-Benz G-класса из Монте-Карло доехали до Петры по маршруту: Франция - Италия - Греция - Турция - Сирия - Иордания. Это было путешествие невероятной красоты, я получил потрясающие впечатления. Я увидел Пальмиру - в пустыне парящие храмы, и теперь я понимаю, почему Санкт-Петербург называют Северной Пальмирой. Это невозможно описать словами. Я увидел Трою. Я увидел разные страны, разные жизни, разные чувства. Во время дороги мы все сменялись, и я был за рулём в Сирии. "Гелендеваген" был нашим микро-миром в этом диком пространстве. Как только мы выходили из машины, мы сразу же обгорали. Снаружи был самый настоящий раскалённый ад - больше 40 градусов, а внутри было комфортно и работал кондиционер. Честь и хвала "мерседесу" - он выдержал очень жесткие испытания.
- Как показывает практика, все великие люди что-либо коллекцционировали. Что собираете Вы?
Чувства. И это не просто красивое слово.
- А хобби у вас есть? Или они не нужны при такой широте деятельности?
Вся моя жизнь посвящена дизайну и собственному развитию в рамках этой профессии. Единственное отклонение от моей ежедневной деятельности- это маниакальная любовь к горным лыжам. Несколько раз в год я уезжаю в горы. Я получаю огромное удовольствие, когда нахожусь там, от скорости, от природы - от её животной, жёсткой красоты. Это тоже момент, всё время наполняющий тебя идеями - видишь новых людей, новые страсти, новые амбиции. Новые желания, эмоции, чувства - и это всё происходит несколько в другом ключе, чем в нашей нормальной жизни. Но это уже трудно назвать хобби - я быстренько придал своему увлечению правильную форму и надеюсь, что через полгода горнолыжная линия CHAPURINRG уже появится в Москве.
- Возвращаясь к теме путешествий и Сирии. Я отлично помню коллекцию haute couture 2002 года, в основу которой легли впечатления той поездки. Это моя самая любимая коллекция, безупречно прекрасная. Работать с кутюром сложнее, чем с линией готовой одежды?
У меня разный подход к коллекциям pret-a-porter и haute couture. В коллекции от кутюр я предельно раскрепощаюсь и предельно ясно ставлю себе задачу: свобода творчества превыше всего. Это осознанная свобода, во имя и во благо человека. Коллекция состоит из 40 выходов - это 40 впечатлений о современной героине, облаченной в мои эмоции. Это может быть тема Скандинавии, тема Востока, но всё равно рассуждение на тему современности. Мы наверное единственная команда на российском пространстве, которая создает коллекции от кутюр только из тканей haute couture. Это те правила, которые мы уважаем. Платья haute couture создаются практически вручную, они не повторяются и являются уникальным объектом. Здесь я экспериментирую со всеми накопленными идеями: в технологии, цвете, пропорциях, силуэтах. И я не могу сказать, чтобы хоть раз я захотел бы себя в чём-то сдержать. Это мои откровенные рассуждения на тему современного fashion-дизайна в самом люксовом, самом высше-пилотажном его восприятии, где всё делается в угоду одной вещи и на кон ставится всё: время, деньги, мысли, чувства.
 |
| Игорь Чапурин после показа "сирийской" коллекции |
- Мода - это искусство или скорее бизнес?
Для меня мода - это момент немного утилитарный. Что бы мы ни производили, как бы мы ни хотели, в вечность попадут единицы наших творений, и они как правило неносимы. Это единицы артовских намерений, авторских проекций. Возможно, в историю войдет платье из соломы, вручную расшитое стеклярусом. Да, когда-то мне было это интересно, когда-то я на это шел, я понимал, что это тысячепроцентный креатив. Эта вещь не повлияет на развитие моды, это просто моё выражение цвета, силуэта, пропорций и других характеристик, которые тогда во мне существовали. Мода - это дизайн, который имеет право оставаться в вечности. Это вдумчивое рассуждение человека на тему его визуального облика.
Но сейчас я не допускаю эти мысли в свою голову, чтобы не уйти в потоке других задач. Я давно уже простился с мыслью о том, что мода - это искусство. Для меня сейчас очень важно создавать продукт, который хотя бы 10% будет иметь шанс на приобретение его человеком и желанием хотя бы один раз надеть. И это не экономическое желание. Это естественное творческое желание востребованности. Не думаю, что даже самые великие художники были бы удовлетворены тем, что их творения априори будут складироваться в соседней комнате с заверениями, что они когда-то кем-то будут вывешены. Ни одну творческую личность это не вдохновляет.
- А как развиваются Ваши театральные проекты?
В моей жизни сейчас реализуется давняя мечта. Я делаю костюмы и декорации к балету в Большом театре. Я об этом мечтал, боясь об этом мечтать. И то, что это получается - для меня очень большая честь. Это балет Леонида Мясина "Предзнаменования" на 5-ую симфонию Чайковского. Лорка Мясин восстанавливает его по постановке своего отца, которая была представлена в 1933 году в Монте-Карло. В Большом он будет представлен в последний сезон на старой сцене, и для меня это ещё большая честь.
То, над чем мы работали с Олегом Меньшиковым в спектаклях "Демон", "Кухня", "Горе от ума", стало для меня серьезным опытом. Театр даёт совершенно другое мироощущение и в области дизайна, и в области взаимоотношений с людьми совсем по-другому ставятся задачи, иначе решаются.
- В театре больше парадоксальной искренности?
В каком-то смысле, да. Особенность театральных работ в том, что, создавая костюмы для каждого героя, ты по большому счету не создаешь ничего. Только когда ты думаешь о едином пространстве и о тех эмоциях и чувствах, которые будут происходит в этот момент на сцене и что должно происходить в этих условиях с костюмом - вот только тогда получается успех. Театральный костюм - не просто восприятие человека, а продолжение эмоции, продолжение чувственного ряда, который задаёт режиссер. Это ещё один театральный язык, ещё одна возможность увлечь зрителя в нужном направлении. Мода не ставит таких глобальных задач, у неё другие правила игры. Она всё-таки ориентирована на первое восприятие и по большому счету оно сразу "сжигается" с появлением другой модели. Конечно же, если после показа зритель остаётся эмоционально "оглушенным" - это большая победа дизайнера. У моды задачи более полифункциональные, нежели чем у театра.
Работа с Олегом Меньшиковым - особый, я бы даже сказал чувственный момент. Это, опять же, к моему вопросу коллекционирования чувств. Олег Меньшиков из этой коллекции. Я боготворю талантливых людей. Я благодарен своей жизни за то, что меня окружают такие удивительные люди. Моя творческая карьера началась с княгини Голицыной - художницы, которая одевала Жаклин Кеннеди, Одри Хепберн, Лиз Тейлор, была дружна с Гретой Гарбо и Онассисом, создавала одежду для всей семьи Ротшильдов. Эта удивительная женщина потратила на меня своё время, свои силы и дала мне возможность полтора сезона работать на свою марку - настолько красиво, сильно и мощно началась моя творческая жизнь. Все наши клиенты - замечательные люди, к нам приходят звёзды и мы гордимся этим. Их выбор меня вдохновляет и наполняет ещё большей уверенностью в том, что мы на правильном пути, и что все свои эксперименты мы должны делать в том же режиме, не боясь ничего.
- Сейчас модельеру сложнее заявить о себе, чем 10 лет назад? Как вы оцениваете нынешнее время с позиций перспектив, которые оно предоставляет дизайнерам?
Период перестройки вскрыл определенный интерес к русскому fashion-дизайну и на тот момент художники, которые работали в нашей стране, безусловно были возведены в некое культовое состояние. И это замечательно. То, что происходит сейчас - это достаточно тонкий процесс формирования fashion-индустрии во всём её сложно-интеллектуальном значении. Здесь переплетены не только экономические, но и философские, художественные составляющие, речь идет о правильности восприятия места русской моды в мире, русских дизайнеров в среде мировой моды, русских дизайнеров среди русских дизайнеров. Это глубинные процессы с очень сложными химическими формулами и я не думаю, что сейчас можно говорить о чётко сформировавшейся позиции русского fashion-дизайна даже в российском пространстве. Сейчас идёт процесс формирования личностей, которые будут формировать эстетические понятия своего поколения - эпохи, когда они живут. Это время на редкость важное и очень любопытное. Сейчас идёт возможность активного самовыражения, когда экономического давления практически не существует. У нас могут существовать экономические проблемы, но не экономическое давление, которое испытывает сейчас на себе западная fashion-индустрия. Мы видим примеры, когда дизайнеры продают свои марки крупным концернам, затем теряют контроль над брэндом и растворяются в пространстве. Слава Богу, Россия от этого ещё очень далека, и поэтому у наших дизайнеров сейчас больше возможностей для самореализации. Запад - и пресса, и производители - с большим интересом будут наблюдать за тем, что происходит в России, потому что сейчас отношение к русской моде всё равно пока корректно-сдержанное, и это правильно, потому что нужно потратить немного времени, чтобы изучить, чего от нас можно ждать.
- Вы и Ваш Дом моды - самый успешный русский дизайн-проект "новой волны". Как Вы воспринимаете себя в этом контексте?
Несколько дней назад в Париже, Сильвия Грюмбах спосила меня: "Игорь, ты можешь сам определить, сформулировать то, что ты делаешь?" Я растерялся. Я ответил, что всё-таки это не моя задача - анализировать. Моя задача - копаться в том, что я делаю, исправлять, добавлять, но не моя задача определять мой статус и моё положение в этой профессии. Это удел искусствоведов, журналистов - людей, которые должны препарировать и выворачивать то, что я делаю, наизнанку, и давать определения. Я, наверное чувствую способности к этой профессии, поэтому ею и занимаюсь. И я чувствую, что это у меня получается. Всё остальное, думаю, время расставит по своим местам. Я понимаю, что живу в удивительное время, когда наши имена всё равно войдут в историю, потому что мы все в некотором смысле первопроходцы. Мы прививаем, прикапываем, поливаем и окучиваем дерево моды на этой, может быть, не совсем благодатной земле с точки зрения времени, условий и вообще того, что происходило и было сделано с модой. Я это осознаю и это большая ответственность. Наше поколение многое на себя берёт и за многое отвечает.
(c)Lavtech.ru. Опубликовано с согласия редакции журнала "Mercedes" и обладателя первичных авторских прав Анны Миленковой. Все права защищены. Перепечатка с сайта Sarafan.ru возможна только с письменного разрешения. Факты нарушения преследуются в судебном порядке в соответствии с действующим законодательством.
